windeyes (windeyes) wrote,
windeyes
windeyes

Один старый рассказ

Все


Я выхожу из подьезда. Хочу было взглянуть на часы, но думаю: что это? зачем?

- Ты, как всегда, забыл мне пепельницу, - говорит она.
- Я неисправим.
- Дело не в этом, - моя улыбка обрезана на корню.

10509110436054448



Пепельница стоит на проигрывателе, я иду за ней.
- Давно не было Баха, - говорю, заметив клавир. Включаю пуск и очень долго протираю пластинку.
- Давно? О, да! Целые сутки! – она курит, поднося сигарету слишком уж аккуратно, самыми кончиками своих высоких пальцев, чуть ли не ногтями. Приставляет ее к губам. Спустя паузу затягивается резко и сощуренно. Дым она выпускает сперва вверх, моргая, а потом, уже в прищуре, вниз.
- Ты смешная, - я чувствую на себе собственную улыбку. Она так бережна.
- Что?
- Смешная, - повторяю я, чтобы отделаться от этой улыбки.
- Нет. Сейчас уже нет, - говорит она, быстро взглянув на меня.
- Куришь.
- ?
- Много куришь, - пытаюсь сказать я сквозь дым. Замечаю, что сигарета погасла и сую ее в нагрудный карман.

Она смотрит на цветы в высоком стакане, отодвинутом на край журнального столика, стоящего между нами, белые и желтые. Белые совершенно неряшливы, а желтые еще ничего.
- Захотелось вдруг купить желтых, - говорит она ускоренно, - но я не купила, а потом прихожу домой, а под дверью стоит подруга с этими желтыми...
- Я все равно их разбавила белыми, - выпуская дым вверх, добавляет она.
- Да, так лучше.
- Лучше? Может быть, не знаю...

Я все утапливаю взгляд в дым.
Все это время она не стряхивает пепла. Зачем только пепельницу приносил. Струйка от ее сигареты тянется между нами строго вертикально. Сизость распластывается над ее головой слоями, как какое-то изголовье. Пластинка, запиленная вконец, сбивается на один и тот же круг.
Я встаю, иду к проигрывателю и краем свитера задеваю один из цветков. Высокий стакан падает на бок, зеленая пузыристая вода сливается на ковер. Ее немного.
Пересохший букет лежит, свисая, на самом краю стола.
- Я хотела его уже выбросить, - говорит она. – Принеси, пожалуйста, тряпку. Просто брось ее сверху, не вытирай.

В коридоре от бессилия у меня выступают слезы.
- Ладно, - выдавливаю, - пока...
И выхожу.
Подьезжает автобус. Который час я так и не смотрю.

Поздним вечером, она одна сидит на застекленном балконе, где стоит мой письменный стол. Как собака, положив голову на лапы, опирается на листы моих записок и писем. И борется с таким естественным собачьим желанием, как завыть.
Временами она видит свое размытое отражение в оконном стекле и тогда ей вдруг хочется сбросить с себя халат, под которым ничего нет – ничуть не страшно, что ее кто-то увидит. В конце концов она так и делает.
Потом, впрочем, набрасывает простынь.
Tags: рассказ
Subscribe
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment