September 20th, 2012

(no subject)

Женщина полулежит где-то над. Это не связано с высотой. Просто некая ее недосягаемость. Даже для ассистентов, подносящих ей под правую руку сочащуюся морковь. Женщина берет морковь в руку, как чью-то кисть, сок стекает с нее ярко, как кровь. Она пишет прямо ею перед собой ни на чем, крупно, широко, будто кому-то машет. Буквы почему-то печатные, но при этом неряшливые.
Она пишет: УТРО. И ставит брызнувшую оранжево-красным точку. И действительно - утро.
Появляется следующее: ХОРОШЕЕ НАСТРОЕНИЕ. И вот, оно действительно хорошее.
Но самое интересное, что хорошее оно само по себе, а не в результате появившейся в воздухе надписи. Связь не в эту идет сторону, скорее в обратную. Во всяком случае однозначно нет такого прямого – написал – получил. И чудесность сочащихся букв не в том, что  происходит по писанному, а в том, что пишет она сама по себе и происходит все так же само.
Женщина говорит, не обращаясь ни к кому, а я чувствую, что ко мне, смотрящему сон, а не тому, который участвует в нём (я, кстати, так и не знаю участвую ли я в нём):
— Не хочется мне грать. Мне не хочется ничего, меня покинули все мои желания. Я даже перестала видеть интересные сны, мне снятся только обычные вещи...
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

(no subject)

Седина в зеркале будто мигает. Кажется, что померещилось, что под каким-то другим углом ее нет. Может, та же иллюзия и со старостью? Мигает, пугает и лишь мерещится, как несплошная седина? Седина ведь это необратимость. Что-то там окончательное происходит в луковицах по выработке красящего пигмента.
Как возникает эта окончательность, бесповоротность? Отчего? Что это собственно такое? И, главное, к чему? Почему обязательно к чему-то плохому? Может, наоборот, с окончательностью появляется, наконец, то, от чего можно отталкиваться?